yeshe: (Default)
[personal profile] yeshe

Глава 75. Новые сотрудники

Двейн Рейни. 4 Сентября

– Сначала они кричат «перемен, перемен!» – густым приглушенным басом сказал Дентон, сидящий сзади, – Потом спохватываются, что надо было кричать «хоро-о-оших», но уже поздно!

– А почему?! – громким шепотом ответил Спенсер, – потому что все разделяют одно странное заблуждение, что все так плохо, что хуже быть не может!

– А оно мо-о-ожет! – тоже шепотом подхватили сразу три голоса.

Все сидели на собрании, на котором им представляли новых сотрудников, одним из которых был Ларри Кардоси, второй должен был появиться с минуты на минуту. Кардоси светился счастьем, а старожилы делали осторожно-приветливые лица. Рейни тоже подавал заявление на эту позицию, его даже проинтервьюировали, как впрочем еще Бека, Спенсера и нескольких других, как своих, так и чужих, но назначили кого назначили. Он впрочем и не ожидал.

– Про хорошие перемены, – тихо заметил Бек, поворачиваясь к заднему ряду, – говорят, что они идут упакованные с плохими в пропорции один к пяти.

– Тебя обманули, – ответил Дентон, – Как минимум к десяти.

– Оптимист! – откликнулся кто-то.

– Слушай, Рейни, – громким шепотом заметил вдруг Спенсер, – а ты не хочешь поработать с новым начальником следственной группы? Чтобы его отсюда тоже вымело в короткий срок.

– Да, точно, – подхватил Дентон, – будем на тебе кресты рисовать: Шульц, Беллини, Кримзон и Грей. Круто! Кто следующий?

Галерка начала радостно подсмеиваться.

– Не смешно, – ответил Рейни и удивился, как быстро шутка, запущенная Беком, прижилась в отделе.

– Вайруса, Вайруса забыл! – мрачно прошептал Дентон, – По ускоренной программе. Успел побыть твоим начальником. Так что пять крестов!

Смешки затихли и никто не ответил на реплику; все знали, что Дентон и Вайрус ненавидели друг друга, но всем все же стало неловко.

– Невиновен, – ответил Рейни с нажимом и подчеркнул долгим взглядом в упор.

Дентон отвел глаза и наконец тоже почувствовал неловкость. Спорить было не о чем. И когда наконец открылась дверь и появилось новое лицо, то все с облегчением переключились на вновь прибывшую, и тихое «вау» прошло по всему мужскому ряду за спиной. Она была симпатичной, смуглой с черными волосами до плеч и хорошей фигурой под костюмом. На волне эмоций даже появление шефа прошло незамеченным.

– О, агент Иглесиас! – очнулась Брейди, – Добро пожаловать!

Она жеманно представила новую сотрудницу и предоставила ей возможность сказать пару слов о себе. Та только начала как в конференц-комнату ввалилась Дубчек, мрачная как туча, обвела глазами собрание, нашла Рейни и пошла в его сторону разметая кресла по дороге с деликатностью носорога, не обращая внимания, сидит в них кто-то или нет.

– Агент Дубчек! – воскликнула Барби, – Как хорошо, что вы приехали! Вы не хотите представиться новым сотрудникам?

– Нет, – отрезала Джина, – Все, что им надо знать, что в каждой конторе есть свой выродок, которому наплевать на правила. Здесь это я.

Она смазала обоих новичков взглядом, словно прикидывая в уме, сможет убить их одним ударом, или понадобится два? Барби только тихо вздохнула; не будешь же обижаться на стихию.

Рейни заметил, как шеф сел и устремил все свое внимание на Барби, и взгляд его был достаточно мрачным и очень твердым. Как алмазное сверло. Та тоже заметила, чуть поежилась, но все же выпрямилась и снова встала во главе стола.

– О’кей… Я хотела… – она прокашлялась, – Надо сказать… Пришло время…

Она посмотрела на шефа, тот кивнул, и она снова повернулась к собранию.

– Я должна рассказать одно… э… Лет семнадцать назад мы вели расследование, – она снова прокашлялась и повернулась к шефу, – я вам рассказывала. И просто надо было все проверить. Я не хотела… э… создавать ненужного ажиотажа. Но теперь становится все более ясно... что оно, это дело, возможно принадлежит той же серии.

У Рейни вытянулось лицо. Это было действительно неожиданно. Он посмотрел на Бека, но тот не повернулся в его сторону, и мрачный взгляд его был прикован к начальнице.

– Вот для того, – продолжала она, – я и настояла, чтобы новую группу возглавил агент Кардоси, потому что он вел прежнее расследование… э… под моим началом, и вел его просто замечательно.

– И в чем состояло это… замечательное? – перебил Рейни, стараясь, чтобы даже легкая ирония не проявилась в его голосе.

– В том же, что и у вас, – в тон ему ответил Кардоси, вставая и тоже стараясь, чтобы торжество не особенно прорывалось наружу. Голос был резкий и скребущий, всем сразу захотелось прокашляться, – Мы нашли некоторые доказательства и идентифицировали подозреваемую. Тогда все казалось надежно и прочно. Кто же знал?

Пинок получился чувствительный, но Рейни не подал виду. Сам напросился.

Кардоси встал и наклонился над столом, вернее даже навис над ним, опершись на костистые кулаки. Лысина его блестела под лампами, а глаза в минусовых стеклах казались крошечными и словно жили отдельной от лица жизнью.

– К сожалению все документы по этому делу практически потеряны, – продолжил он полностью завладев вниманием аудитории, – Какие-то проблемы с хранилищем случились уже много лет спустя, когда мы все работали в разных местах. И теперь нам возможно придется все начинать сначала. Подозреваемая или женщина похожая на нее была найдена мертвой два года спустя, идентифицирована бойфрендом, и в то время сомнений не возникло. Но поскольку труп был не в лучшем состоянии, то сейчас в контексте новых событий эти сомнения появились. Несколько похожих женщин в южных штатах числятся пропавшими без вести, я наводил справки, и очень может быть, что тело принадлежало одной из них, а не пропавшей медсестре. Увы сейчас мы этого уже не узнаем; местная полиция кремировала тело много лет назад…

Он продолжал рассказывать то, что Рейни и так уже знал, и слушал все это с очень странными ощущениями. Вся его теория заговора рассыпалась в один момент. Он с одной стороны ощущал, что был по многим вопросам прав, и это подтверждалось, но что это доказывало? Кажущаяся причастность Брейди теперь выглядела просто осторожностью испуганной чинуши, и не более. И она была логичной. И в пропаже информации, и в возможной ошибке с идентификацией тела она призналась, хоть и сделала это через своего подчиненного. «Ну что ж, он отрабатывает», подумал Рейни, «За хорошую позицию можно прикрыть грудью любящего начальника. И тем не менее…» Что думать дальше он не знал.

Потом Кардоси отвечал на вопросы, потом рассказывала Барби, потом и она отвечала на вопросы. Рейни сидел в том же погашенном состоянии, и не мог понять своих ощущений. Все было правильно, и все было опять неправильно. Словно его переиграли, и он не мог понять кто и как.

– И потому, – ворвался в сознание голос Барби, – я бы очень хотела, чтобы ваша группа, агенты Рейни и Дубчек, продолжили работу под началом агента, а теперь начальника следственной группы, Кардоси…

Рейни услышал оживление за спиной. Дентон произнес басовым шепотом: «йес-с!», кто-то с кем-то ударили кулаками, а кто-то начал шепотом подсмеиваться: «Ставки! Делаем ставки!»

– И у вас будет теперь полный доступ ко всем материалам… – продолжала Барби.

– Если вы хотите, чтобы мы переключились на дело Кемпбелл, то вряд ли это получится, – ответил Рейни за двоих, – мы сейчас работаем с пожаром. Это срочное, свежее и относится к тому же.

– Конечно, конечно! – не возражала Барби, – Кстати расскажите как там дела? Есть ли новости?

Рейни переглянулся с Дубчек, кивнул ей; та встала и начала рассказывать.

Серый вэн по-прежнему не нашли. Тело Ника Болтона и его велосипед извлекли из пропасти, но прошедшие дожди смыли все следы, если таковые и были, и полиция записала происшествие в несчастный случай. По крайней мере не было ни одной причины думать иначе. Робин Аллисон наконец разрешили перевезти в Мериленд и разместили неподалеку в хосписе; но она по-прежнему пребывала в иной реальности.

Вернувшись Дубчек начала копать старые служебные и вне-служебные романы судьи, частные школы, которые посещали его дети, и все вообще частные школы постепенно расширяя круги вокруг Аннаполиса, но пока без успехов. И больше рассказывать было собственно нечего.

– Однако, агент Рейни, – Кардоси вдруг вывел его из состояния отрешенности, – Бек сказал, что у вас есть новая информация, касающаяся медсестры Кемпбелл? Которую мы упустили во время основного расследования.

Все опять воззрились на Рейни и даже Дубчек удивленно подняла брови.

– И как вы ее нашли? – спросила Барби; она вдруг стала очень любезной и старательно проявляла уважение, – и все остальное, что вам удалось узнать. Нам теперь очень нужна любая информация; все придется собирать с нуля…

Рейни пожал плечами, и не видя никаких причин скрывать рассказал все – и про кошачьего доктора, и про ранение медсестры, и про изумруды Анджелы. Добавил информацию про соседку Минни и пастора. Перечислил всех найденных церковных подруг. Информация произвела впечатление. Под конец спросил:

– Вам нужны новости только по тому случаю или по другим тоже?

– А что? Еще что-то есть? – спросила Барби шокировано.

И Рейни рассказал, что Ольгу по фотографии опознали в греческой православной церкви в Аннаполисе. Хотя она давно там не появлялась, и имя ее не вспомнил никто.

– В греческой? – Кардоси озвучил всеобщее удивление, – Почему в греческой?

Рейни объяснил. И поскольку он также объехал несколько окрестных церквей ортодоксальной номинации и нигде больше ее не видели, то можно было примерно определиться с местностью, где она проживала.

Его попросили подготовить письменный отчет и спросили, не возражает ли он, если кто-то продолжит его расследование? И конечно-конечно теперь-то его будут держать в курсе… Он не возражал, и начальство просияло. И Рейни тоже остался доволен – от него наконец отстали.

Вернувшись в свой кубик он с тяжелым сердцем набрал телефон.

– Доктор Пинкофф? Это агент Рейни. И у меня для вас плохие новости.

– А? Наверное открываете дело? – спросил доктор Пинкофф чуть печально, – Я понял, что это случится, когда вы пришли в первый раз.

– Да, увы… – Рейни ожидал куда более эмоциональной реакции и решил пояснить, – Сейчас уже можно сказать, что она не была убийцей. Ее подставляли… Похитили…

– О… – несколько растерянно отреагировал доктор, – это очень… грустно… А что с ней стало?

– Пока точно не известно. Скорее всего ее нет в живых.

– Да? Жаль… Очень жаль… Она была хорошей медсестрой… Хорошим человеком… Добрая… Заботливая…

Он задумался и молчал какое-то время. Рейни тоже молчал, не зная, что сказать. Наконец Пинкофф вздохнул:

– Ну я думаю, это к лучшему. Я имею в виду, что вы открываете дело. Никто не заслуживает такого… такой несправедливости.

– Да… Думаю вы правы, – ответил Рейни с облегчением.

– Жаль, что ничем не могу помочь… – сказал Пинкофф еще после некоторого молчания, – Держите меня в курсе. По личному сотовому. Потому что я ухожу.

– Куда? – удивился Рейни.

– На пенсию! Подал заявление месяц назад, заканчиваю оформлять. Стало легче жить… Вот теперь думаю, чем заняться. Хотел попутешествовать.

– Ну что ж, это замечательно! – ответил Рейни уже улыбаясь, – Я только что вернулся из Новой Зеландии. Месяц под парусом. Невероятная красота!

– Да? – радостно удивился доктор, – Новая Зеландия? Вау! Фантастика! Почему бы и нет?!



Вернуться в оглавление


Profile

yeshe: (Default)
yeshe

July 2017

S M T W T F S
      1
23 45678
91011121314 15
16171819202122
23242526272829
30 31     

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Aug. 23rd, 2017 07:14 pm
Powered by Dreamwidth Studios