yeshe: (Default)
[personal profile] yeshe

 Глава 55. Черепаха

Маркус Левин. 25 июня

– Ты представляешь, – возмущенно говорила своей подруге очень толстая молодая блондинка за соседним столиком, – завтра они всех собираются усыпить! Говорят нет денег на содержание!

В одной руке у нее был огромный многослойный бутерброд, в котором виднелись котлеты, листки сыра и салата, из него капал майонез, причем несколько капель попало уже на ее облегающую красно-белую полосатую майку из под которой виднелась еще одна синяя, из-под которой виднелись бретельки черного бюстгальтера. На шее и руках были пластиковые украшения патриотических цветов – красный-белый-синий.

– Ужас! Ужас! – ответила подруга, такая же полная брюнетка в ярко-желтом.

Она уже почти прикончила своего слоеного гиганта и вымазывала остатками хлеба остатки соуса.

– Я уже написала и в твиттер, и в фейсбук, но пока никакой реакции. Тара сказала, что не может завести четвертую кошку; ее муж уже хочет развод.

Маркус взглянул мельком и отвернулся. Он заехал в кафе пообедать перед сменой. Сделал заказ, но когда полез в карман джинсов за кошельком, рука нащупала там кусачки, которые он использовал сегодня утром и забывшись положил в карман. Он посмотрел на них и переложил в карман спортивной куртки, которую набросил поверх футболки. Это было странно наблюдать последнее время, как в его карманах застревали предметы, которые могут ему понадобиться в течение дня. Раньше бы он чертыхнулся, а теперь скорее пытался понять, зачем ему это будет нужно.

День был солнечный и немного облачный, легкий ветер приятно шевелил волосы, и если бы не события дома, то можно было бы почувствовать себя вполне счастливым.

– Может устроить акцию? – спросил первая дама, – Около питомника для животных.

– Я написала в фейсбук, но пока только четверо могут подойти, – ответила вторая.

– С нами уже шесть! – воскликнула первая, потрясая бутербродом.

Вторая развернула жареный пирог с яблоками и занесла надо ртом, но тут ее сотовый издал звук, и она переключилась на него, вводя пароль толстым блестящим от жира мизинцем с огромным желтым ногтем.

– О! Смотри! – восхитилась она и показала что-то на экране соседке.

Обе широко открыли глаза и рты и начали издавать обезьяньи звуки, глядя то друг на друга, то на экран. Маркус старался туда не смотреть.

– Привет герою! – вдруг раздался ехидный голос с другой стороны.

Маркус вздрогнул и повернулся ожидая увидеть знакомого темнокожего шерифа с усами щеточкой, но за соседним столиком усаживался высокий бледный худощавый человек неопределенного возраста в серой футболке, джинсах и джинсовой панаме. Из-под нее виднелись волосы цвета грязной соломы, глаза скрывались под темными очками. Однако самым заметным в этой фигуре было изображение на футболке: расчлененное окровавленное тело младенца с пуповиной на хирургическом столе под надписью «Скажи нет абортам!»

Взгляд Маркуса невольно соскользнул с лица незнакомца на его футболку и застрял на картинке. Пришлось применить усилие, чтобы отвернуться и даже слегка потрясти головой. Изображение продолжало стоять в глазах. В ушах Маркуса появился отвратительный писк, и волна тошноты начала подкатывать к горлу, что было совсем некстати. Секунду назад он обмакнул хлеб в кетчуп, но когда посмотрел на тарелку снова, ему показалось, что в ней размазана кровь. Руки его задрожали, и он понял, что не сможет отправить это в рот. Он бросил остатки хлеба в соус и накрыл салфеткой. Его еще ждали сэндвич, кофе со льдом и бутылка воды, и он просто направил взгляд на единственное оставшееся место – на улицу, стараясь не смотреть ни вправо, ни влево.

– Ну и зря, – сказал незнакомец глумливо, – По моему хорошая картинка.

– Отвали, – сказал Маркус.

 Но невольно он снова взглянул на незнакомца, который удобно расположился за соседним столиком и теперь разглядывал Маркуса в упор безо всякого стеснения. Одну ногу он положил на пустой стул, потом положил на нее вторую ногу. На стол он поставил стакан кофе и небрежно бросил связку ключей с большим брелоком.

– Что тебе нужно? – спросил Маркус.

Стараясь увидеть глаза незнакомца сквозь темные очки боковым зрением он уловил какое-то шевеление на столе, и глаза невольно соскользнули в направлении этого движения. Какое-то время понадобилось чтобы понять что происходит, но когда наконец он понял, ему стало еще хуже.

В прямоугольном раздутом как воздушный шарик пластиковом запаянном конверте была вода, а в ней как в аквариуме плавала настоящая крошечная живая черепашка. Никаких отверстий понятно не было, и небольшая капля воздуха в уголке – это было все, чем она могла дышать. И она была еще жива…

– Съешь китайца, спаси мир, – продолжал ерничать незнакомец, наблюдая эмоции Маркуса с легкой улыбкой, – представляешь, они это делают как сувениры! И она там может жить около месяца! Потом конечно мир праху. Мементо мори!

– При чем здесь китайцы? – тихо возмутился Маркус, – Если бы такие уроды как ты не покупали, то это бы и не делали.

– Фи, как невежливо! И некультурно! – ответил тот устраиваясь поудобнее.

– Отпусти ее, – тихо сказал Маркус.

– Не-а.

Незнакомец продолжал разглядывать Маркуса словно тот был экспонатом в музее. Маркус набычился, завернул бутерброд обратно в обертку, попытался положить в карман куртки и вдруг обнаружил там кусачки. Он вытащил их наружу, встал, подошел к столику незнакомца и откусил кусачками цепочку брелока.

– Это ограбление, – все так же глумливо сказал незнакомец сложив руки на животе, – Я могу тебя посадить. У меня и свидетели есть.

Он показал на двух дам за соседнем столиком, которые оторвались от своего обеда, и теперь смотрели на них с широко распахнутыми глазами и ртами.

– Дамы, вы видите, он меня грабит!

– Нет, это не у тебя свидетели, это у меня свидетели, – сказал Маркус достаточно громко, чтобы «дамы» могли его услышать.

Он показал им брелок и его содержимое:

– Представляете, это животное обречено на смерть, у него нет ни воздуха, ни еды.

Дамы открыв рты по-прежнему смотрели не двигаясь и не произнося ни слова, переводя взгляд с одного на другого и на брелок. Одна из них сглотнула. Мозговая активность явно давалась им тяжело. Другая начала губами намечать «оу».

– Поэтому, – продолжил Маркус демонстративно, – я реквизирую этот с позволения сказать сувенир, чтобы освободить несчастное животное. А то ее владельца могут посадить за жестокое обращение.

Маркус взял свой стакан, выплеснул кофе со льдом под куст, кусачками чуть надломал брелок и осторожно вылил его содержимое туда же в куст.

– Кью-ю-ю! – сказали дамы и скривились в отвращении, зажимая носы.

– Да, – ответил Маркус, – так пахнут продукты нашей жизнедеятельности. Представляете, оно этим дышало все немногие дни своей жизни…

Он наконец разломал край пластика достаточно, чтобы вызволить черепашку в свой стакан, бросив пустую оболочку владельцу на стол. Тот по-прежнему сидел и улыбался. Маркус залил в стакан свежей воды из своей бутылки, оторвал кусок салатного листа из бутерброда и бросил туда же. Потом снова завернул бутерброд, пристроил в карман куртки, во второй карман отправил бутылку с водой, взял стакан с черепахой и ушел.

– Спасатель! – незнакомец пытался придать голосу ехидную значимость.

Он по-прежнему сидел с ногами на стуле не делая ни малейшей попытки подняться и лениво аплодировал.


Вернуться в оглавление

Profile

yeshe: (Default)
yeshe

July 2017

S M T W T F S
      1
23 45678
91011121314 15
16171819202122
23242526272829
30 31     

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Aug. 23rd, 2017 07:23 pm
Powered by Dreamwidth Studios