Apr. 8th, 2016

yeshe: (Default)

Глава 68. Воспоминание

Маркус Левин. 20 августа

– Проблема в том, что ты думаешь про родителей, что они взрослые, – сказал Шмуэль печально рассматривая пол в госпитальной приемной, – А они на самом деле такие же дети, только выше ростом…

Два дня назад Элена прибежала домой в чрезвычайном возбуждении, размахивая какой-то бумагой. Это было письмо из одного госпиталя, где ей рассказывали о новом исследовании. Беременным, у которых диагностировали рак, применяли некоторые виды лечения, и дети родившиеся после этого не выказывали отклонений и проблем со здоровьем. Вполне естественно, что после этого она и Шмуэль бросились обсуждать возможные опции с Яковом. Тот навел справки и выдал решение. Теперь женщины сидели в процедурном кабинете, а мужчины снаружи в комнате ожидания.

– Вот и ты тоже стоишь перед проблемой, – продолжил Шмуэль, – а как ее решить? От тебя ждут, что ты сильный и все можешь, а внутри ты маленький и хочешь плакать. И чтобы кто-то пришел с волшебной палочкой. И спроси меня, откуда я знаю…

– Это моя вина… – Маркус засунул ладони подмышки, запрокидывая голову назад и упираясь макушкой в стену, – У моего отца не было такой информации. И та ситуация, и эта они разные. Я мог найти. Я мог узнать раньше. Кицунэ может умереть из-за меня!

– Должен тебе сказать, что у тебя мания величия, – чуть брюзгливо заметил старик вздыхая и потрясая указательным пальцем, – И ты ею очень дорожишь. Люди умирают потому, что они родились. Это раз. Одни раньше, другие позже. Это неизбежно, это два. Не надо себя пилить на кусочки, тем более, что все может еще будет хорошо…

 

– Зря ты так, – сказала Кицунэ вечером, когда одни остались одни. Она привычно поймала мысли, крутившиеся в его голове, которые он не умел прятать, – Я пока еще не умираю…

Она замолчала, но ему показалось, что что-то прошелестело рядом то ли вслух, то ли просто в ее мыслях: «А если умру, то не из-за тебя…» И вдруг в его памяти снова всплыл тот странный сон, где они стояли на равнине покрываемой золотыми листьями и белым снегом. И где вдали маячила зловещая черная фигура. «Это тот, кто меня убил», сказала она. Впрочем может быть это всплыло в ее памяти, а он только поймал, увидел это. И еще он понял, что практически забыл это видение. Уже вспоминал и снова забыл, словно оно растворялось, уплывало как туман куда-то в глубину подсознания.

– Кто это? – спросил он, – Что это было? Почему я забыл?

– Просто страшный сон, – ответила она тем плоским тоном, который она непроизвольно использовала как снотворное и как попытку отвлечь его, – Мы блокируем пугающие мысли.

– Кто это? Почему он нас преследует? – спросил Маркус.

– Не знаю, – тихо ответила она, отвернувшись, но он уже знал, что это неправда.

– Почему ты обманываешь меня? – спросил он напрямую.

– Я говорю… правду...

Ответила она тихо, мягко и гипнотизирующе. Словно пытаясь убаюкать. Но Маркус уже видел где-то в глубине этой мягкости нарастающее отчаяние.

– Ты с ним встречалась? – тихо спросил он.

– С кем? О чем ты?

Она улыбалась нежно, словно психотерапевт, старающийся внушить пациенту белую ложь. Но в зрачках ее были боль и безнадежность. И он уже боялся спрашивать дальше, но все же не смог остановиться сразу:

– Тот, кто на меня охотится, – сказал он внезапно пугаясь ее реакции, – Если ты можешь… сказать что-нибудь…

Он замолчал, ожидая, но она тоже молчала. И когда пауза затянулась, он не выдержал:

– Я недавно чуть не убил человека…

Ее ресницы вздрогнули, и она словно очнулась:

– Что?! Как?! – она задрожала, словно вот-вот готовая разрыдаться…

И отпустила свой последний барьер. И он наконец увидел те осколки ее жизни, которые она все еще прятала...

 

Одинокая и полная тоски она идет по полупустому кампусу, заливаемому дождем. Хочется сделать что-то гадкое. Хочется, чтобы случилось что-то гадкое. Не хочется жить. Тоска, страшная тоска. Одиночество… Крытая стеклянная автобусная остановка, несколько студентов. И некто веселый, беззаботный, участливый… Бессмысленная беседа, несколько шуток… В ее душе ощущение опасности, но она раздраженно отмахивается от этого чувства. Настроение вроде «ну и пусть». Пусть мне будет плохо, пусть будет еще хуже… Они сидят в кафе и болтают о всякой ерунде. Он смотрит на нее внимательно и иногда прикасается к ее руке. Она не против. Она и сама прикасается к его колену своим…

 

И Маркус отшатнулся из ее жизни. Он уже не хотел видеть, что будет дальше!

Но ее жизнь продолжала бить в него потоком словно в прорыв, и он уже не мог остановить.

 

Долгие страстные ночи, самые дикие фантазии во плоти. Через вино и наркотики. Через внутренний ужас. Через все сломанные внутренние барьеры, через безумие…

Он обучал ее, он стал ее черным гуру, он наслаждался своей ролью, он принял ее в свой круг через посвящение во власть чужой смертью.

И даже тогда она еще не очнулась.

Она пришла в себя только за несколько шагов до двери. Двери, за которую зайти она не захотела. Словно проснулась, словно поняла, что это конец. Тогда она впервые сказала «нет». И это была их первая и последняя битва.

Он ужалил ее. И она знала, что это смерть.

Пусть даже растянутая во времени…

 

– Я не знала, что он тебя найдет! Я не хотела! – прошептала она сквозь слезы. – Я старалась защитить тебя! Я думала, что смогу!

– Защитить? Меня? Как?

– Я ходила за тобой везде. Я его не подпускала.

– Ходила за мной? Когда? – удивился Маркус и вспомнил, как вечерами иногда видел девушку в спортивной одежде, пробегающую вдали.

– Когда ты стал… Когда ты получил это.

– Откуда ты знала?

Но она рыдала у Маркуса на плече, и он начал гладить ее по волосам, и повторять как мантру, что она не виновата, что все будет хорошо. Что они отобьются…

Что все однажды хорошо закончится. Потому что он так хочет…


Вернуться в оглавление


Profile

yeshe: (Default)
yeshe

July 2017

S M T W T F S
      1
23 45678
91011121314 15
16171819202122
23242526272829
3031     

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 04:37 pm
Powered by Dreamwidth Studios